6 августа 2009

Каузальное мышление

В противовес каузальному мышлению с древнейших времен существовало мышление, основанное на чисто рассудочных, созерцательных представлениях, легко обобщающих частные связи или наделяющих отдельные причины свойствами или значением «главных», «решающих», «производящих», «конечных», «побочных», и т. д.

Причины и действия здесь выглядят изолированными, связи — чисто линейными, полная связанность каузальных моментов отсутствует, как и связи с какими-либо законами. Некаузальное мышление односторонне, близкое в нем преувеличивается по своему значению, отдаленное, наоборот, вовсе исчезает из поля зрений, отсюда антиисторизм, априорность, искажение перспектив в самом познании.

Некаузальное мышление, используя эмпирические аналогии, предпочитает двучленные связи, оно разграничивает в каузальных представлениях причины, с одной стороны (эти причины как бы неизменны, являются «первопричиной»), и условия, с другой. Очевидно, речь идет о субъективной оценке существенного и несущественного, главного и побочного, случайного и необходимого, т. е. о том, что Демокрит охарактеризовал как «приукрашивание собственной беспомощности».

Принципы связи и взаимосвязи биологических явлений, подлежащих теоретическому анализу, исключают трактовку этих явлений как простой последовательности ряда событий без их взаимосвязи. Нельзя мыслить причину иначе как связь причины с действием.

Причинная связь — необходимая связь. Отсюда неразрывность причины и действия, их единство. Только «взаимодействие является истинной causa finalis вещей» (Гегель).

Сказанное исключает одностороннее представление о причине. Нельзя выделить или обособить какой-то один «главный», «ведущий», тем более единственный фактор и свести к этому фактору всю этиологию явления. Но так именно учение об этиологии выглядит сейчас, например, в проблеме инфекции, онкологии.

Больше того, слово «инфекция» в научных сообщениях, в учебниках употребляется в двух принципиально разных смыслах: для обозначения и инфекционного процесса (инфекция), и инфекта-возбудителя, т. е. микроба. Сплошь и рядом мы можем услышать или прочесть о том, что инфекция (т. е. инфекционный процесс) протекала тяжело, легко или что инфекция (т. е. по смыслу уже микроб) попала в рану, в организм, что она «очень вирулентна» и т. п. Другими словами, причина и действие терминологически объединяются. Их единство становится тождеством.

«Проблема причинности в медицине», И.В.Давыдовский

Читайте далее:



Учение Фракасторо (Fracastoro, 1458—1553) о трех видах причин — самых общих и самых отдаленных, более близких и более частных, самых близких и собственных — отражало правильную догадку о том, что причины болезней не сводимы к факторам сегодняшнего дня, т. е. к причинам частным, близким, самым близким и «собственным». Об отдаленных (внешних) причинах и ближайших (внутренних)…

Результаты, достигнутые практической медициной, огромны. На данный момент медицина очень многое умеет, многое знает. И все же строго научных знаний, позволяющих проникнуть в сущность явлений, т. е. объяснить их и предвидеть, в медицине совсем немного. Взять хотя бы наши знания о сердечнососудистых заболеваниях и раке, т. е. важнейших на сегодняшний день. Когда-то Демокрит (приблизительно 400…

Все явления природы детерминированы и подчиняются общим закономерностям, все частные законы отражают те или иные взаимосвязи явлений объективного мира. Очевидно, и этиология должна быть прежде всего учением о таких связях: самые связи должны обладать свойствами закона и как всякий закон должны иметь относительную устойчивость, упорядоченность и повторяемость в своих проявлениях. Этиология как учение может развиваться…

Не терминологическая, а методологическая небрежность лежит в основе объединения, поскольку содержанием понятия «этиология» действительно становится отдельный, т. е. вырванный из причинных связей, «этиологический» фактор. Если мы, к примеру, откроем Большую медицинскую энциклопедию и познакомимся со статьей «Брюшной тиф», то под заголовком «Этиология» найдем лишь трактат о возбудителе. Так же обстоит вопрос с этиологией гриппа, кори…

Практическая медицина вправе несколько упрощать постановку сложных вопросов теории, уходящих своими корнями в проблемы общей биологии. Она всегда это и делала, побуждаемая (высокогуманными целями помогать больному человеку, даже не зная точно причин и сущности болезни, руководствуясь лишь наблюдениями и жизненным опытом. Практическая медицина и дальше вынуждена будет несколько «огрублять» действительность, следуя совету Куллена, согласно которому…