В чем сила всякой науки?
А. И. Герцен отвечает: «Она раскрывает отношения вещей, законы и взаимодействия и ей до употребления (разрядка наша — И. Д.) нет дела». В развитие той же мысли А. И. Герцен добавляет, что «без науки научной не было бы науки прикладной» и весь спор «науки для науки» и науки только для пользы — «вопросы, чрезвычайно дурно поставленные».
Отсюда для медицины единственно возможный вывод: если медицина — наука, в чем нельзя сомневаться, то очевидно, что не прагматический аспект, т. е. практический результат, «употребление» и «польза», займут в медицине центральное место, а раскрытие «научной правды». Только последняя, т. е. теория, может обеспечить плодотворное развитие прикладной медицины. Знания и умения «плодоносны». Но еще более ценно «светоносное» (Ф. Бэкон), т. е. теории и доктрины, освещающие путь практике.
Это ничуть не преуменьшает научного значения фактов и наблюдений практической медицины. Факты и наблюдения у постели больного останутся первоисточником для научной медицины. Однако медицина как наука о здоровом и больном человеке, как биологическая дисциплина не может вращаться в кругу понятий и представлений, выдвигаемых практикой.
Как теория, как область биологии и естествознания, медицина должна быть озабочена прежде всего раскрытием «отношений вещей», т. е. биологических, социальных и прочих закономерностей, лежавших в основе наблюдаемых процессов и болезней.
Этот же вывод косвенно вытекает из истории медицинских знаний, включая ее ближайший период. В самом деле, с одной стороны, мы имеем грандиозное накопление фактов и наблюдений, с другой — очевидный застой в области теоретических представлений, как это явствует из анализа проблемы этиологии.
«Факты, — пишет В. И. Ленин, — если взять их в целом, в их связи, не только «упрямая», но и безусловно доказательная вещь. Фактики, если они берутся вне целого, вне связи, если они отрывочны и произвольны, являются именно только игрушкой или чемто еще «похуже». Хочется в заключение остановится на этом «похуже».
«Проблема причинности в медицине», И.В.Давыдовский
Этиология, взятая как отдельный фактор — это именно и есть принцип необходимости божественного первотолчка, т. е. религии. «Всякая религия, — пишет Ф. Энгельс, — является фантастическим отражением в головах людей тех внешних сил, которые господствуют над ними в их повседневной жизни». Но ведь именно так и выглядит положение Л. В. Громашевокого, что «в антагонистическом процессе…
Этиология, оперирующая фактами — раздел науки, т. е. объективного знания. Этиология, сведенная к факту или к фактам, лишенным объективных и всесторонних связей — это извращенное отражение действительности, субъективный идеализм, религия. Говоря о религии мы, повторяю, не имеем в виду библейского бога и веру в него. Религия (в переводе — связь) как форма мышления о мире…
Если успехи медицинской практики выводить из знания «этиологии» инфекций, то почему мы не можем побороть дизентерию и почему нельзя заразить дизентерией ни человека (опыты американских авторов), ни обезьян. Ведь даже чудовищные дозы (сотни миллиардов микробных тел), во много раз превышающие то, что может нести муха на своих ножках, не действуют, т. е. не дают ожидаемого…
Человек сравнительно с прошлым хорошо изучил природу, ее законы, одновременно переделывая ее и умело приспособляясь к ней. И второе, т. е. процесс приспособления, не менее важно, чем первое, так как в процессе переделки окружающей природы человек обязательно переделывает и собственную природу, без чего отпадает самая возможность развития приспособительных способностей более высокого уровня. «Ко всем органическим…
Человек «звучит гордо» не только по показателям интеллектуального и социального порядка, но и по показателям общебиологическим. Он на пути к завоеванию долголетия, он владеет методами углубленного изучения своей экологии и своей собственной природы, расширяя потенциальные возможности сохранять свое здоровье, несмотря на массы «патогенных факторов» во внешней среде. Вот почему уже в середине прошлого века положение,…
