7 августа 2009

В чем сила всякой науки?

А. И. Герцен отвечает: «Она раскрывает отношения вещей, законы и взаимодействия и ей до употребления (разрядка наша — И. Д.) нет дела». В развитие той же мысли А. И. Герцен добавляет, что «без науки научной не было бы науки прикладной» и весь спор «науки для науки» и науки только для пользы — «вопросы, чрезвычайно дурно поставленные».

Отсюда для медицины единственно возможный вывод: если медицина — наука, в чем нельзя сомневаться, то очевидно, что не прагматический аспект, т. е. практический результат, «употребление» и «польза», займут в медицине центральное место, а раскрытие «научной правды». Только последняя, т. е. теория, может обеспечить плодотворное развитие прикладной медицины. Знания и умения «плодоносны». Но еще более ценно «светоносное» (Ф. Бэкон), т. е. теории и доктрины, освещающие путь практике.

Это ничуть не преуменьшает научного значения фактов и наблюдений практической медицины. Факты и наблюдения у постели больного останутся первоисточником для научной медицины. Однако медицина как наука о здоровом и больном человеке, как биологическая дисциплина не может вращаться в кругу понятий и представлений, выдвигаемых практикой.

Как теория, как область биологии и естествознания, медицина должна быть озабочена прежде всего раскрытием «отношений вещей», т. е. биологических, социальных и прочих закономерностей, лежавших в основе наблюдаемых процессов и болезней.

Этот же вывод косвенно вытекает из истории медицинских знаний, включая ее ближайший период. В самом деле, с одной стороны, мы имеем грандиозное накопление фактов и наблюдений, с другой — очевидный застой в области теоретических представлений, как это явствует из анализа проблемы этиологии.

«Факты, — пишет В. И. Ленин, — если взять их в целом, в их связи, не только «упрямая», но и безусловно доказательная вещь. Фактики, если они берутся вне целого, вне связи, если они отрывочны и произвольны, являются именно только игрушкой или чемто еще «похуже». Хочется в заключение остановится на этом «похуже».

«Проблема причинности в медицине», И.В.Давыдовский

Читайте далее:



Идея творения и идея развития гносеологически контрастны. Это крайние полюсы умственной и психоэмоциональной сферы деятельности человека и человечества. Идея творения проста, одноактна, однозначна. В познавательном отношении она, однако, стерильна, механистична, грубо антропоморфна, поскольку в «творении» явно чувствуется стиль человеческого производства. В философском отношении идея творения, будучи чуждой идее развития, т. е. идее взаимосвязей и отношений,…

Раскрытие закона не является простым накоплением фактов, т. е. тех или иных слагаемых процесса. В тоже время человек не имеет таких органов чувств, с помощью которых в одном ощущении он получил бы целостное отображение предмета. Такое отображение возникает только в результате абстракции. Об огромной и все возрастающей роли абстрактного в познании конкретной действительности сейчас уже…

Продолжающаяся недооценка общих закономерностей природы, все еще наблюдаемое отрицание возможности и даже необходимости прямого действия на человека природных факторов, чрезмерное обособление наук, в данном случае медицины, как равно и пренебрежительное отношение к философскому осмысливанию добытых фактов, являются величайшим заблуждением, свидетельствующим прежде всего об отсутствии критического отношения к своей работе. Хочется добавить, что в современном естествознании…

Этот вопрос в мировой литературе еще не получил единогласного решения, и не получил потому, что для медицины и сейчас остается самым важным практический результат, а не научная правда [Литтре (Littre, 1801 — 1881)], или еще более резко: медицина — это «искусство лечить и только» [Труссо (Trousseau)]. В защищавшейся М. Пузыревским докторской диссертации в числе тезисов…

Одноактная «творческая» этиология, это и есть «духовное наследие» прошлого, отражающее определенный уровень сознания и мышления. Однозначность, односторонность и категоричность в построении каузальных связей не является чем-то лишь медицине свойственным, нечто аналогичное мы имели, например, в классической физиологии, в истолковании условного рефлекса как строго детерминированного отношения между командой и эффектом. В звонке, за которым следует выделение…