Психопатологические синдромы, взятые вне болезни, представляют собой абстрагированные понятия (В. X. Кандинский), типовые, обусловленные внутренними особенностями строения и функции головного мозга формы расстройства психической деятельности. У постели больного врач обнаруживает только нозологически реализованные синдромы, например не просто астению, а астению неврастеническую, соматогенную, артериосклеротическую, шизофреническую и т. д., не слабоумие вообще, а слабоумие эпилептическое, старческое, паралитическое и др.
Правда эмпирически сложившееся определение особенностей шизофренических расстройств можно несколько обосновать данными современной биологии.
В биологии обнаруживается все больше фактов, свидетельствующих об относительной независимости, автономности функций отдельных образований начиная с клетки и кончая элементами, входящими в состав сложных систем. Автономность отдельных элементов сложных систем обеспечивает их избирательную, целенаправленную деятельность. Высокая степень приспосабливаемости центральной нервной системы, быстрота и точность ее функций также зависят от значительной автоматизации низовых управляющих систем мозга (Н. А. Бернштейн).
Подобная автоматизация имеет место и в психической деятельности, о чем давно говорили многие психиатры (Maudsley, Ribot, С. С. Корсаков и др.). Любой психический акт начиная с ходьбы, речи, чтения, письма и кончая обыденным и профессильным мышлением, запоминанием, моторикой стереотипизируется, организуется, систематизируется.
Без подобной автоматизации были бы совершенно невозможны целенаправленная, творческая деятельность, овладение новым, непрерывное приспособление к постоянно меняющимся условиям жизни.
«Шизофрения, клиника и патогенез»,
под ред. А.В. Снежневского