Показано (Ковалев, Маленков, 1980), что в тех случаях, когда монооксигеназная система не справляется с потоком веществ, которые необходимо инактивировать и вывести из организма, то неизбежно повышаются концентрации промежуточных высокореактивных метаболитов этих соединений, и они вступают в ковалентные связи с белками. Такие же комплексы — конъюгаты белка с низкомолекулярным веществом — иммуногенны, т. е. на них образуются антитела.
Таким образом, из-за недостаточности работы монооксигеназной системы возникает «аномальная» иммунологическая реакция, нейтрализующая это вещество. Поскольку организм обладает иммунологической памятью, такая реакция его на это вещество сохраняется долго.
И. Е. Ковалев (1977) показал, что между активностями монооксигеназной системы и иммунной системы существуют обратные соотношения. На многих десятках веществ было показано, что если вещество стимулирует иммунную систему, оно, как правило, угнетает монооксигеназную систему, если вещество стимулирует моноооксигеназную систему, то оно ингибирует иммунную; если угнетать монооксигеназную систему, то отмечается стимуляция иммунной.
После воздействия веществ активности монооксигеназной и иммунной систем меняются по довольно сложным колебательным режимам, при этом активности этих систем, как правило, находятся в противофазе.
Концепция иммунохимического гомеостаза освещает еще один очень важный вопрос: как неспецифические изменения химизма внешней среды влияют на работу генетического аппарата?
Оказывается, что это влияние осуществляется путем автоматического (при изменении ксенобиотической нагрузки) регулирования монооксигеназной системой внутриклеточных концентраций ряда важнейших гуморальных регуляторов генной активности: стероидных гормонов, гормонов щитовидной железы, простагландинов. Дело в том, что и эти эндогенные регуляторы, и экзогенные ксенобиотики проходят монооксигеназную систему — являются субстратами для нее и, следовательно, находятся в конкурентных соотношениях (подробнее см.: Ковалев, Маленков, 1980; Ковалев, Полевая, 1985).
В целом нам кажется необходимым отметить огромное будущее именно системных биохимических концепций для решения сложнейших медицинских и экологических задач. При этом будут не только создаваться новые средства (значительно большее их число появляется из концепций химии, молекулярной биологии, сравнительной биохимии), но и рождаться действительные знания о том, как и когда применять то или иное средство или комплексы средств. Таким путем многие старые средства, в том числе и средства народной медицины, обретут вторую жизнь.
«Биологически активные вещества»,
Г.М.Баренбойм, А.Г.Маленков