Наряду с претензиями на лидерство и чертами властности эпилептоиды бережливы, скрупулезны и аккуратны, что нередко превращается в самоцель. Напряженность сферы инстинктов достигает наибольшей выраженности в пубертатном периоде, однако сила полового влечения до известной степени уравновешивается свойственной «эпилептоидам» повышенной заботой о своем здоровье и «страхом заразы», что несколько отодвигает начало половой жизни и ограничивает случайные связи, заставляя находить более или менее постоянных партнеров.
Любовь «эпилептоидов» обычно сопровождается ревностью, измен, как действительных, так и мнимых, они не прощают и даже флирт считают предательством. Половое влечение «эпилептоидов» очень тесно сопряжено с садистическими или мазохистическими тенденциями, повышенной готовностью к формированию различных половых извращений. «Эпилептоиды» часто вступают в конфликты даже при удовлетворительной социальной адаптации.
М. С. Певзнер (1941) обратила внимание на особый вариант эпилептоидности, отличающийся «гиперсоциальностью» – работоспособностью, аккуратностью, педантизмом, и подчеркнула, что подобные личности не являются психопатами. Однако А. Е. Личко отмечает двойственность, избирательность и зависимость от внешних условий таких «гиперсоциальных» акцентуаций, будучи сверхкорректными в одной ситуации, в другой они проявляют крайнее себялюбие, злобность, агрессивность и жестокость.
Неустойчивый вариант акцентуации характера определяется безволием, которое, однако, наиболее отчетливо проявляется в труде, учебе, исполнении обязанностей и долга. Такие лица упорно отстаивают свои «права» на удовольствия и развлечения, хотя в поиске последних также не обнаруживают напористости, а скорее пассивно следуют в фарватере других искателей легкой жизни. С детских лет они непослушны, непоседливы, всюду и во все лезут, но при этом трусливы, боятся наказания.
Легко и охотно подчиняясь другим детям, они противопоставляют родителям и учителям пассивную форму эскапизма, используя любой предлог для отлынивания от занятий. Рано обнаруживается повышенная тяга к развлечениям, удовольствиям, праздности и просто безделью. Они убегают с уроков в кино или в компанию подростков. Эти подростки подражают лишь тем моделям поведения, которые сулят немедленные удовольствия и развлечения. Такие дети рано начинают курить, легко идут на мелкие кражи.
Поражает их равнодушие к своему будущему – они не строят планов, не мечтают о какойлибо профессии или положении, целиком живут только настоящим, желанием извлечь из него максимум развлечений и удовольствий. Эти особенности определяют и направленность сексуальных реакций. Участие в асоциальных группах и пренебрежение к общепринятым моральноэтическим нормам, свойственные неустойчивым характерам, ускоряют приобретение сексуального опыта, превышающего индивидуальные показатели половой конституции, и знакомство с девиантными формами половой активности.
В структуре их либидо наиболее редуцированной из трех его составляющих оказывается платоническая, и вследствие этого романтическая влюбленность проходит мимо них. В дальнейшем они так же не способны на искреннюю, глубокую и устойчивую любовь, как и на настоящую дружбу, компанию для развлечения всегда предпочитают преданному другу, а их интимные отношения – даже не секс без любви, а игра в секс, причем игра на грани дозволенного с соскальзываниями в перверсии от скуки.
«Сексопатология», Г.С.Васильченко