Заслуживают внимания основные словесные формы полученных знаний о поле: в медицинской терминологии — 27% мальчиков и 43% девочек и соответственно в обывательских выражениях — 52% и 42%, в циничных и бранных выражениях — 26 и 2%, в «детских» выражениях — 3% и 5%.
Двое юношей и три девушки сообщили о начале половой жизни до 12 лет, трое юношей и две девушки — о гомосексуальной влюбленности, 56% юношей и 36% девушек — о гетеросексуальной влюбленности. В единичных случаях у мальчиков и девочек было стремление обнажаться. За интимными отправлениями лиц другого пола подглядывали каждый третий мальчик и каждая 16-я девочка. Приведенные данные свидетельствуют об ошибочности представления о сексуальной латентности младшего школьника. Различия сведений родителей о сексуальном поведении и интересах детей, с одной стороны, и молодежи о своем детстве — с другой, отражают, по-видимому, не только тенденции возраста, но и погрешности предшествующего полового воспитания.
Разное время осведомленности в вопросах секса со слов родителей и со слов молодежи лишь усиливает это предположение. Отсутствие должного внимания со стороны родителей, педагогов и врачей к половому воспитанию, преобладание мнения об асексуальности младшего школьника приводят в ряде случаев к тому, что половое воспитание осуществляется тайными совоспитателями, проблемы пола обсуждаются с применением неадекватных языковых средств, затрудняющих последующее правильное знакомство с ними и способствующих загрязнению представлений о сексуальности, восприятию ее как постыдной, запретной стороны человеческой жизни.
Это неизбежно контрастирует с закономерным развитием половой идентификации и оформлением мужских и женских социальных ролей, что может нередко вести к возникновению конфликтно-невротического напряжения, иногда к невротической дезадаптации детей.
Хотя в этом возрасте многие социально-психологические характеристики мальчиков и девочек совпадают, ряд из них обнаруживает различия [Коломинский Я. Л., 1971].
«Половое воспитание и психогигиена пола у детей», Д.Н.Исаев