У многих родителей возникает доминирующая тенденция оградить ребенка от всякой информации, связанной с полом, побуждающая устанавливать строжайшую цензуру в чтении, знакомстве с искусством.
«Но прекрасное, — пишет Л. Лиходеев, — существует. Существует мудрый Рембрандт и неуемный Рубенс; существует грозный в своем смехе Рабле и веселый Бокаччо. И весь ужас в том, что существуют они уже задолго до того, как нашим мальчикам и девочкам стукнет по шестнадцать лет. Но если этим мальчикам и девочкам постоянно талдычить, что под одеждой все люди голые и при этом они еще делятся на мужчин и женщин (какой позор!), старик Рабле помрет, не родившись в их сознании, потому что побегут они не к нему…, а к замочным скважинам. Потому что легче всего научить человека видеть мир через замочную скважину».
Беда не литературы или живописи, а воспитания, когда сексуальное любопытство подростка принимает нездоровые, гипертрофированные формы.
Подросток, безусловно, должен быть огражден от всех видов завозной и доморощенной порнографии. Функцию такого ограждения выполняют не запреты и наказания, а постоянное, дружественное и аргументированное разъяснение примитивности этой продукции, доведение до чувства и сознания подростка, что он лучше и выше этого, что плоха и грязна не сама сексуальность, а обеднение и загрязнение ее.
С отношениями полов ребенок сталкивается уже в первых сказках. Его следует готовить к полному, многогранному и обогащающему личность восприятию художественного произведения, в котором отношения полов занимают свое определенное место. Домашние обсуждения обеспечивают родителям возможность ориентации восприятия ребенка именно на человеческий, нравственный аспект содержания произведения. Родители должны понимать, что и у мальчиков, и у девочек возникает потребность в обсуждении вопросов пола, а существенным препятствием к правильной их оценке может быть ранее накопленный багаж циничных терминов и представлений.
«Половое воспитание и психогигиена пола у детей», Д.Н.Исаев