По характеру, т. е. яркости и стойкости, аффективных расстройств, тревожному или тревожно-ажитированному характеру депрессии, наличию страхов, беспокойства или опасений, несистематизированному характеру бреда, его тесной связи с аффективными нарушениями, преобладанию бредовых идей осуждения, виновности, гибели, преследования клиническая картина таких приступов вначале часто приобретает сходство с инволюционной меланхолией.
Этому сходству способствует малая выраженность шизофренических изменений личности, т. е. иное соотношение позитивных (продуктивных) и негативных симптомов по сравнению с повторными «шубами» рано начавшихся периодических процессов.
В приступах, впервые развившихся в позднем возрасте, изменения личности как бы «покрываются» острой аффективно-бредовой симптоматикой. По этой причине такие формы нередко диагностируются как «инволюционная меланхолия» и только отдаленные катамнезы раскрывают их шизофреническую природу.
Следует отметить и возможность позднего обострения вяло текущей шизофрении с последующим течением в виде «шубов».
Нами наблюдалась, например, небольшая группа больных с рано начавшимся, вяло протекающим шизофреническим процессом, преобладанием на этом этапе неврозоподобных расстройств (в частности, различных явлений навязчивости) и постепенным нарастанием шизофренических изъянов личности. Обострение, наступившее в инволюционном периоде, носило характер тревожно-бредовой меланхолии, протекающей иногда с фантастическим меланхолическим бредом (синдромом Котара).
Подобные «пресенильно окрашенные» приступы могут повторяться в такой же форме. Но уже после первого приступа наблюдалось заметное усиление личностных изменений и более абсурдный характер навязчивости.
Подобное обострение с дальнейшим приступообразным течением мы видели также после вялого этапа с преобладанием психопатоподобных изменений, явлений сверхценности и паранойяльности.
«Шизофрения, клиника и патогенез»,
под ред. А.В. Снежневского