Мы редко наблюдали классические шизоидные черты в преморбиде больных с истинной поздней шизофренией; чаще встречались экстравертированные, деятельные, иногда даже сверхактивные, «успевающие», гиперсоциальные в прошлом личности, нередко при этом упрямые, властные, с чертами ригидности, сухости и слабости внутренних контактов.
Не подлежит сомнению, что немало таких больных имеет пикническую конституцию.
Из сказанного следует, хотя и сугубо предварительный, вывод о том, что эти различия в преморбиде и конституции, по-видимому, не имеют решающего значения для возникновения характерных и в основном сходных в обеих группах возрастных особенностей клинических проявлений шизофрении.
Важное значение для понимания особенностей патогенеза поздних шизофренических психозов следует, по нашему мнению, придавать двум группам клинических явлений, встречающихся в той или другой форме при всех функциональных психозах позднего возраста:
- большей (по сравнению с рано манифестирующими психозами) роли внешних факторов (по частоте предшествующих или «выявляющих»);
- большему удельному весу личностных, реактивных, ситуационно обусловленных черт в клинической картине (также по сравнению с эндогенными психозами более молодого возраста и большим трансиндивидуальным однообразием их клинической картины).
Не подлежит сомнению, что не только поздняя манифестация шизофренических психозов наступает в непосредственной связи по времени с воздействием того или другого внешнего фактора значительно чаще, чем это имеет место в более раннем возрасте, но и влияние этих факторов в значительно большей степени находит отражение в клинической картине (в реактивной окраске начального этапа психоза, в звучании реальных конфликтов или событий в тематике параноидного или аффективного бреда, в более тесной связи динамики бреда и других патологических явлений с изменениями ситуации и т. п.).
«Шизофрения, клиника и патогенез»,
под ред. А.В. Снежневского