В. П. Сербский, признавая самостоятельность группы первичного юношеского слабоумия, возражал против широкого синтеза Kraepelin, прежде всего отрицая сходство конечных итогов болезни.
Вместе с тем А. Н. Бернштейн, являвшийся сторонником концепции Kraepelin, считал злокачественность течения кардинальным признаком болезни. Что касается проблемы форм раннего слабоумия, то А. Н. Бернштейн специально указывал на относительность всякого разграничения и не считал, что синдромальное определение форм играет важную роль.
С другой стороны, С. А. Суханов, придававший большое значение клинике начального этапа болезни, указывает на синдромальное многообразие этой стадии и выделяет ряд форм, существенно отличающихся от типичного злокачественного юношеского слабоумия в понимании А. Н. Бернштейна, как, например, раннее слабоумие с навязчивостями и истерическими проявлениями и т. д.
Следует отметить, что традиционные представления о клинической самостоятельности гебефрении и кататонии еще длительное время накладывали отпечаток на классификационные воззрения ряда отечественных психиатров (И. Г. Оршанский, П. Н. Булатов и др.).
В последующие годы классификация Kraepelin становится общепринятой. Так же как в зарубежной психиатрии, постепенно расширяется круг форм, в основу которых кладется принцип ведущего синдрома. В связи с этим как злокачественно текущие, так и острые периодические распределяются между разными формами и рассматриваются как их возможный дебют или неблагоприятный исход.
Попытку отграничить злокачественно текущие «ядерные» формы от симптоматических шизофрении предпринял П. А. Останков. Как и Витке, он предполагал генетическую обусловленность «ядерной» группы в отличие от экзогенной обусловленности симптоматических шизофрении.
«Шизофрения, клиника и патогенез»,
под ред. А.В. Снежневского