Человек «звучит гордо» не только по показателям интеллектуального и социального порядка, но и по показателям общебиологическим. Он на пути к завоеванию долголетия, он владеет методами углубленного изучения своей экологии и своей собственной природы, расширяя потенциальные возможности сохранять свое здоровье, несмотря на массы «патогенных факторов» во внешней среде.
Вот почему уже в середине прошлого века положение, что «инфекционные заболевания являются следствием проникновения микробов в микроорганизм» (И. Ерошкин), звучало как анахронизм, так как главная масса таких «проникновений» проходила клинически бесследно, а биологически они лишь расширяли здоровье человека, его иммунитет. Если последний нередко покупался ценой болезни, т. е. процесса, по ходу которого возникал иммунитет, то это не меняет принципиального положения о природе иммунитета как одной из форм борьбы животного мира и человека за существование видов во внешней среде.
Животный мир инстинктивно и своеобразно разрешил эту проблему борьбы, а именно не уничтожением внешнего фактора (микроба), а взаимным приспособлением к нему, освоением, «одомашиванием» его в собственном организме на началах как бы взаимной пользы.
Перед нами один из замечательных законов природы, познакомиться с которым можно в любой момент, сделав мазок из содержимого толстого кишечника или из слизи полости носа. Только с позиций этого общего закона жизни и можно смотреть на частные проявления той же жизни отдельного индивидуума, коллектива, т. е. при биологической интерпретации как отдельных инфекционных заболеваний, так и эпидемий.
Общие законы жизни игнорируют случайности «проникновения», как и случайность смертельного исхода в результате «проникновения» и заболевания. Не индивидуумы, а виды стоят за этими законами, и никакое личное переживание не позволяет нам отойти от этих законов на позиции субъективной, антропоморфной оценки вещей. Всякий закон есть отношение. В этом положении не следует видеть ни релятивизма, ни кондиционализма, т. е. растворения, обезлички факторов, строящих отношения. Дело в том, что «отношения» не являются постоянными, раз навсегда данными.
Если этиология — это учение о законах связи явлений, т. е. отношение вещей, например организма и микроба, то, очевидно, и причину болезни следует искать в самом отношении, где интегрально и безраздельно, в единстве, сливаются все слагаемые, образующие отношение. Только скороспелая мысль, объективно подогреваемая схоластическими, антропоморфно-телеологическими представлениями о мире могла продиктовать необходимость обособления какого-то раз навсегда данного ведущего фактора или «главной» причины, или «первопричины».
«Проблема причинности в медицине», И.В.Давыдовский