Этот вопрос в мировой литературе еще не получил единогласного решения, и не получил потому, что для медицины и сейчас остается самым важным практический результат, а не научная правда [Литтре (Littre, 1801 — 1881)], или еще более резко: медицина — это «искусство лечить и только» [Труссо (Trousseau)].
В защищавшейся М. Пузыревским докторской диссертации в числе тезисов стояло: «медицина не есть наука». Близко к этому стоит и тот же вопрос в книге Крюше.
От Гиппократа до Декарта велись и сейчас не погасли дискуссии, что является ведущим в медицине: метод, правила, техника, искусство, принципы, доктрины, законы. Декарт, например, не обнаружил «непреложных демонстраций» в самой природе, чтобы отсюда можно было почерпнуть правила для медицины, хотя после открытий Гарвея не сомневался, что именно знания могут сделать нас «хозяином и владетелем природы».
Но это было скорее выражением восторга перед Гарвеем (маленькая книжка которого появилась в 1628 г.), чем плодом собственных переживаний Декарта, связанных с его методом изучения человека (1637), Знаменитый Лавуазье (1789), превознося метод, вообще рекомендовал подавлять и насколько возможно упрощать (suprimer, simplifier) рассуждения, держать последние «на испытании опытом».
«Проблема причинности в медицине», И.В.Давыдовский