Определен полный аминокислотный состав р30 вирусов С-типа мышей, кошек, крыс и обезьян, свидетельствующий о сходстве этих белков по этому критерию.
Белок р30 богат остатками аминокислот с полярными боковыми цепями (лизин, аргинин, аспарагиновая и глутаминовая кислоты или их амиды), беден цистеином, метионином, гистидином и изолейцином.
Исследование первых 30 остатков с NН2-конца р30 показало высокий уровень родства по последовательностям аминокислот.
Молекула каждого р30 начинается с идентичной последовательности про — лей — арг.
Другой одинаковый для этих белков участок располагается с 11-го по 24-е положение. В этом участке имеется лишь одна особенность: у вирусов мышей в 17-м положении обнаружен серии, а у вирусов кошек — аланин.
Белок р30 GaLV отличается от всех исследованных р30 тем, что в его молекуле имеется вставка из 7 остатков перед гомологичным участком, начиная с 11-го остатка.
Внутри р30 вирусов мышей С-типа участки 4 — 10 весьма сходны, этот фрагмент в молекуле р30 вирусов различных видов млекопитающих значительно варьирует.
Вероятно, участок 4 — 10, по крайней мере для р30 вирусов мышей, может быть охарактеризован как видоспецифический или филогенетически ассоциированный.
Известны три онкорнавируса мышей С-типа, способных трансформировать фибробласты (FT+): саркомы Харви (На — MSV) саркомы Молони (Mo — MSV) и вирус Абельсона.
Геномы На — MSV и Mo — MSV представляют собой рекомбинанты, содержащие два класса нуклеотидных последовательностей, один из которых соответствует части генома Mo — MSV, а другой состоит из последовательностей клеток хозяина. Parks и соавт. (1976) исследовали MuLV специфические последовательности, сравнивая экспрессию вирусных РНК и белок в различных типах клеток, зараженных этими вирусами.
Оказалось, что разные РТ+-вирусы экспрессируют в инфицированных клетках различные участки генома MuLV и синтезируют различные полипептиды. РТ+-вирусы, дефектные по репликации, не синтезируют gp70 и обратную транскриптазу.
Белки р10, р12 и р15 могут быть экспрессированы независимо от наличия или отсутствия р30 в разных изолятах FT+-вирусов.
Иными словами, экспрессия низкомолекулярных белков в большей степени связана с выражением трансформирующих функций вируса, чем с экспрессией р30, и мало связана с экспрессией gp70 и обратной транскриптазы.
Установлена четкая корреляция между уровнем экспрессии РНК MuLV и количеством продуцирующихся полипептидов. Экспрессия РНК и белка не изменялась в трансформированных клетках даже при суперинфекции гетерологичным вирусом-помощником С-типа. Следовательно, блок в репликации FT+-вирусов связан с делецией в геноме, а не с транскрипцией или трансляцией интегрированного генома.
Итак, основное отличие онкорнавирусов от ДНК-содержащих онковирусов состоит в том, что инфекция последними может сопровождаться либо репликацией, либо интеграцией, в то время как у первых процесс интеграции является одним из этапов репликации и трансформации в пермиссивной системе.
Геном онкорнавирусов интегрируется в виде высокополимерных ДНК-транскриптов, по размерам соответствующих субъединицам вирионной РНК. Продукты транскрипции интегрированных геномов представляют собой вирионную 35 — 40S РНК, кодирующую вирусспецифические белки.
Пока неизвестно, существуют ли три класса 35 — 40S РНК, один из которых включается в вирусные частицы, а второй выполняет функцию мРНК, или же имеется лишь один класс, выполняющий обе функции. Все вирусные гены экспрессируются в инфицированных клетках.
Вирусные полипептиды синтезируются в зараженных клетках в виде предшественников, созревание которых осуществляется путем расщепления на отдельные протеины.
«Механизмы вирусного онкогенеза»,
А.И.Агеенко