В самых общих чертах можно сказать, что методические особенности измерений, если биологический объект является частью прибора, коренятся в фундаментальных свойствах живого: сложность (сильная взаимосвязанность всех частей и многопараметричность) объекта, большое разнообразие форм и состояний тест-объекта, значительная и неповторимая микрогетерогенность его.
В общем виде значительные сложности определения биологической активности на клеточных и тканевых объектах сводятся к индивидуальности состояния и поведения тест-объекта.
Эта же трудность возникает и при применении веществ с определенной фармакологической активностью (лекарства) в клинике, причем в последнем случае индивидуальность выбора воздействия и коррекции планируемых лечебных мероприятий с учетом индивидуальных особенностей пациента представляет одно из важнейших направлений всего медицинского подхода.
Отсюда ясно, что идеальное решение проблемы определения биологической активности веществ автоматизированными методами состоит в разработке способа, который позволял бы устанавливать соответствие между действием вещества на совокупность выбранных индивидуальных тест-объектов с действием этого вещества на данный индивидуум (организм больного).
Поэтому просто хорошая стандартизация БТО, его состояния и способов измерения не может рассматриваться в качестве средства преодоления трудностей, обусловленных индивидуальной природой каждого живого объекта. Это только первый шаг на пути решения общей задачи (определение видов активности ХС для медицинских целей).
Индивидуальность тест-объекта определяется тем, что он является единичной выборкой ансамбля, может находиться в одном из многих состояний и динамических режимов, состоит (при работе с тканевыми препаратами и усредненном определении параметров клеточной суспензии) из разнородного, гетерогенного ансамбля микро-объектов (клеток), во многих случаях (при получении суспензий тканевых образцов) подвергается сильным, не однородным в пространстве воздействиям, как правило, при невысокой точности контроля.
Первые две причины носят принципиальный характер, третья — может быть обойдена путем применения микрометодов и работы на индивидуальных клетках, однако такой подход не универсален, поскольку не любые вопросы определения биологической активности можно решить на изолированных клетках (при современном уровне естественнонаучных знаний) и получение многих типов клеток в виде изолированных БТО ограничено четвертой причиной.
Эта причина на первый взгляд кажется наиболее технологической по происхождению, на самом деле это не совсем так: естественность состояния тест-объекта (максимальная in vivo), с одной стороны, контролируемость условий и возможности регистрации поведения — с другой, находятся в обратно пропорциональной зависимости.
Это определяется тем, что в макроорганизме существуют регуляторные гомеостатические системы высших ярусов, которые затрудняют и часто делают невозможным создание желаемых условий существования выделенного для наблюдения тест-объекта и препятствуют регистрации реакций этого объекта на исследуемое воздействие.
«Биологически активные вещества»,
Г.М.Баренбойм, А.Г.Маленков