Экзогенные инфекции

Как известно, и в группе экзогенных инфекций главная масса случаев заражения не вызывает заболеваний, так как внешний фактор, т. е. инфект, в какой-то, чаще в высокой, чем в малой мере, уже был «одомашнен» организмом или видом, что создало естественную или приобретенную невосприимчивость индивидуума или вида.

Это часто и превращает заражение или в «глухую» инфекцию, или в столь же глухое носительство, т. е. «мирное» сосуществование микроба и организма, как важнейшую форму их отношений. Таким образом, главным проявлением «силы» (вирулентности) микроба является его способность сосуществовать с различными организмами «мирно», «глухо», «абортивно».

Ему не нужно продуцировать каких-то особых веществ в виде агрессинов Байля, которые бы парализовали «защитные механизмы организма». Это лубочная картина антропоморфного мира в натурфилософском издании и не больше.

Если мы обратимся к «манифестирующим», т. е. клинически ярко выраженным формам инфекции, угрожающим жизни индивидуума, сущность процесса не изменится. С биологической точки зрения всякая инфекция, какой бы тяжести она ни была, является для организма процессом иммуногенеза, т. е. процессом приспособительным. И если здесь позволительно говорить о силовых факторах, то лишь в плане интенсивности известных нам процессов, определяемых патогенетически, а не этиологически.

Такими же приспособительными эти процессы являются и для микроорганизма: инфекционный процесс укрепляет существование вида микроба во внешней среде, делает его более совершенным в сфере новых условий, возникающих по ходу и после заболевания. Ведь отнюдь не в «интересах» микроба смерть хозяина, так как это и его смерть.

Вопрос о силовых факторах вое же не сходит со сцены, особенно в физиологических лабораториях.

Это понятно: здесь можно в значительной мере стандартизовать условия опыта, подбирая животных по породе, весу, возрасту, питанию и т. д. Но, как известно в этих условиях индивидуальность, или «тип» дает о себе знать очень часто.

В практике жизни и эксперимента силовой фактор, как выше указывалось, чаще опровергается, чем доказывается. Experimentum crucis могла бы служить деятельность второй сигнальной системы человека, когда слово становится подчас чрезвычайным раздражителем, причиняющим инсульт, инфаркт и даже смерть. О той же непропорциональности причины (как силы) и действия говорят все психические, аллергические заболевания, например анафилактический шок и т. п.


«Проблема причинности в медицине», И.В.Давыдовский