7 августа 2009

Философы и врачи

В древней Греции, где философы были врачами, а врачи — философами и где медицинская и философская мысль ориентировалась на человека как на конечную цель мироздания, как на центр материальной и духовной природы, возникло понятие «этиология». Оно и другие понятия не имели точного научного определения. Попытки включить в такое определение производящую причину (causa efficiens) порождали лишь научные мифы.

Наука начала проделывать свои первые шаги на пути от мифов к истине значительно позднее, но, что особенно важно, понятие «этиология» на протяжении почти двух тысячелетий сохраняло свой исходный и первичный смысл «слова», т. е. «учения» о причинах болезней (logos). Общий смысл понятия, в котором внешние факторы, т. е. этиология человека, и внутренние факторы, т. е. природа самого человека, сливались в неразрывном единстве, оставался правильным. Так и было до середины XIX века, когда вышедшие на арену позитивизм и прагматизм увлекли многие умы и целый ряд медицинских специальностей на путь фактологии и здравого смысла.

Именно в этот период теория познания, диалектический метод мышления, в частности проблема каузальности, оказались в особенно трудном положении. Отход от старой натурфилософии превратился в отход от теоретического мышления вообще. Век философии как бы «миновал», ее место заняло естествознание, а «для естествоиспытателя — писал Д. И. Писарев — нет ничего хуже, как иметь миросозерцание».

Вместе с «неуступчивой, всезнающей, самодовольной философией» 40х годов (так характеризовал Вирхоз натурфилософию) было выброшено «философское рассмотрение природы» вообще. В этот период (вторая половина и особенно конец XIX века) каузальность как учение о причинных связях явлений, отражающих законы природы, превратилась в нечто «прямолинейное и одностороннее», мышление стало шаблоном, традицией, привычкой.

Об этом свидетельствовало особенно наглядно учение об инфекции. «Микроорганизмы выступили на первый план медицинских интересов, они господствуют не только над мыслями, но и над мечтами многочисленных старых и почти всех молодых врачей» (Вирхов, 1885). Микробиология «провозгласила патогенного микроба единственной причиной инфекций» (Н. Ф. Гамалея» 1899), фактически «примкнув к онтологическим воззрениям, вошедшим с Парацельсом в научную медицину».

Онтология разорвала единую и неделимую природу человека на «специфические», замкнутые в себе категории «болезни» и здоровья, «патологии» и «физиологии», абсолютизируя эти понятия.

«Проблема причинности в медицине», И.В.Давыдовский

Читайте далее:



Этот вопрос в мировой литературе еще не получил единогласного решения, и не получил потому, что для медицины и сейчас остается самым важным практический результат, а не научная правда [Литтре (Littre, 1801 — 1881)], или еще более резко: медицина — это «искусство лечить и только» [Труссо (Trousseau)]. В защищавшейся М. Пузыревским докторской диссертации в числе тезисов…

Одноактная «творческая» этиология, это и есть «духовное наследие» прошлого, отражающее определенный уровень сознания и мышления. Однозначность, односторонность и категоричность в построении каузальных связей не является чем-то лишь медицине свойственным, нечто аналогичное мы имели, например, в классической физиологии, в истолковании условного рефлекса как строго детерминированного отношения между командой и эффектом. В звонке, за которым следует выделение…

А. И. Герцен отвечает: «Она раскрывает отношения вещей, законы и взаимодействия и ей до употребления (разрядка наша — И. Д.) нет дела». В развитие той же мысли А. И. Герцен добавляет, что «без науки научной не было бы науки прикладной» и весь спор «науки для науки» и науки только для пользы — «вопросы, чрезвычайно дурно…

Медицина — наука, т. е. всестороннее изучение здорового и больного человека в целях предупреждения и лечения его болезней. В процессе познания возникают гипотезы и теории, освещающие накопленный материал, естественный и экспериментальный. Они же освещают путь практике. Всякое познание является историческим процессом отражения в сознании человека объективного мира. В этом познании переплетаются элементы чувственного и субъективного…

Общебиологический аспект в понимании болезней постепенно утрачивался. Сложные философские понятия, в том числе и этиология, потеряли свою комплексность. Теория инфекции свелась, в частности, к эмпирическому указанию на микробвозбудитель, так же как теория наследственности Вейсмана — к неизменяемым генам. В идейном отношении это явления одного порядка. Сюда же относится и теория детерминант, определяющих будто бы все…